Хусария

— Как все просто!

— Ну, это я не стал всякие сложности указывать. Те же китайцы и вьетнамцы, как слышал, вместо нормального тяжело бронированного танка часто наоборот выставляют юрких и ловких 'Хрен попадешь'. А у индусов — так часто 'ватные танки' — там броня-фигня, сам урон наносит мизерный, но запаса жизни у такого немеряно и еще и регенирирует, как гидра. Еще и всякие смешанные бывают у особенно хитрожопых — так вроде воин на танк не похож, но повесит на себя десяток заклинаний — и уже непрошибаемый.

— Небось и с остальными все непросто? — усмехнулся отец.

— Конечно! Игроков миллионы, чего только не придумают. Те же дамейдж-дилеры такие разные бывают! Я-то простой рейнджер, могу и сам по себе разгуливать, а вот в больших кланах там какой только специализации не бывает узкой!

— И какой? — подначил старший.

— Ну вот 'Стеклянная пушка' к примеру. Бумажная считай защита, жизни кот наплакал — зато урон чудовищный на расстоянии. В одиночку — нежизнеспособная особь в принципе, кролик загрызет легко, но в компании под защитой — лавина смерти! Есть наоборот — Молотилки — урон слабый, но сыплет часто, хороши для вышибания магов — у тех броня тряпичная, потому еще и заклинания срывают — кастовать их под градом стрел или колючек не получается. Есть Ньюки — бахает редко, но по площади с чудовищным уроном. С саппортами та же история. Могут удивить Пионерами — с быстрой постройкой защитных укреплений, с минами, ловушками, самострелами убойными и турелями. А могут просто привести с собой Батарейку — у того вся задача лить ману потоком для других.

Или Аурамансеры — своих усиливают, врагов ослабляют. Тоже сами по себе бестолковы, их обидеть каждый может походя. Но в группе считай втрое усилят союзников. Особняком еще упомню Саммонеров — они сами опять же слабенькие, но в нужный момент оказывается, что у них куча всякой злобной живности и своих зубастых зверюшек они выгружают из бездонных сумок стаями.

А еще игроки в придачу могут все это совмещать в самых странных композициях. Ну вот вроде того, что пока он сидит наездником в тяжелом вармехе — так он явный танк, а сломали ему машину — глядь, он уже лекарь, у них сочетается странным образом талант к лечению и ремонту механизмов. Или дракона уронили — а наездник оказывается Молотилкой, да еще и с замашками Саммонера — в сумке у него десяток боевых псов обнаруживается.

— Впору головой крутить! — согласился старший.

— Не без того — кивнул сын в ответ.

Глава 29. И что там дальше делать?

Этот вопрос задал сын отцу, когда после внятного и исчерпывающего гайда по основным установкам игр они посидели молча.

— Жить дальше. Сейчас, полагаю, стоит поспать. А дальше видно будет, главное придерживаться уже обговоренной канвы. Ты виделся с соседом, он был датый и обмолвился, что хочет поискать лучшей жизни...

— ... то есть поискать хорошей работы в соседнем городе — кивнул Ежи. Версию с диалогами они уже с отцом не один раз обговорили, запомнил все внятно.

— А дальше ты пришел домой и играл. По хронометражу вроде все получается.

— Ты как считаешь, когда ждать визита Вопрошающих? — спросил паренек.

— Полагаю — утром. По нашим законам объявить в розыск пропавшего без вести можно чуть ли не сразу же, и полиция обязана заявление принять. Соседка утром точно побежит, прямо рано-рано.

— Что, сосед был таким примерным семьянином и всегда ночевал дома?

— Нет, тот еще был шлендр, но последние лет десять уже поисправился. Он и пил-то строго дома, экономия. Так что запаникует пани. После чего полиция начнет принимать соответствующие меры — и к нам они точно заглянут почти сразу же.

— По конфликту?

— Ага. Но тут мы помирились, я извинился — записи на видеокамере, что у парадной я им представлю. Ты уже скомпоновал свой визит? Ну когда вернулся?

— Дьябель волосатый! Забыл совсем! Сейчас спущусь и сделаю. Копии у меня есть, заготовил.

— Тогда давай не будем терять время. Надо, чтоб при просмотре наших видео все было чистенько. Справишься?

— Обижаешь, папа!

Поглядели друг другу в глаза, улыбнулись — и спустились вниз. Рейнджер тут же принялся комбинировать записи с видео при входе в дом. И тут надо было не ошибиться, чтоб не было рваных склеек или путаницы с датами. Хорошо еще, что он уже раньше возился с записями, показалось любопытным в этом разобраться, теперь пригодилось.

Прикинул по времени — когда вернулся, сверился с записями на дисплее капсулы — когда отец в нее забрался, еще раз прикинул хронометраж.

Вроде все получается, как должно. Последняя уличная видеокамера зафиксировала, как сосед шел следом, потом пришел парень домой, поел, залез в капсулу... Обычный вечер.

Все, как всегда.

Но тут надо еще комнату проветрить, пистолет порохом горелым воняет, лучше его на чердак убрать — и чтоб мама не заметила всевидящая.

И проверить все сделанные записи, причем то, что не приведи Высший для суда будет необходимо — как отец пришел с разбитой головой, а до того сосед угрожал прямо — все это уже потерлось на входной камере, но рейнджер старательно сохранил, да туда же запись из телефона со стрельбой в цеху сохранить и сам телефон почистить, хотя слыхал Ежи, что полиция все восстановить может, но это дело не простое и времени требует — не возникнет подозрений — так и обойдется.

Но от телефона на время стоит избавиться, да.

И главное — не суетиться. Не показать виду, что заранее подготовились, что об этом думали.

Чертовски досадно, что нельзя прямо сейчас отправиться к девчонкам! Ежи отлично понимал, что выдохся, как выжатый лимон и на большой пир — ни настроя, ни силенок не хватит. И все время было бы в голове — вот сейчас из капсулы нежданные гости выдернут.

А это ни в какие ворота не лезет! Какой уж тут праздник Большой Любви!

В дверь деликатно поскреблись.

Рейнджер ее открыл и сказал стоящему в коридоре отцу:

— О, а я уже почти закончил. Заходи, чуточку подождать надо.

Вошедший покрутил носом, потом сказал:

— Все же дымный порох вонючий...

— Да, я тоже заметил. На чердак не унесешь его припрятать, а то если я потащу — обязательно мама спросит, что это я натеял — попросил сын.

Отец согласно кивнул, револьвер, так себя хорошо показавший аккуратно завернули в старый кусок брезента — причем отец недовольно поцокал языком — явно имея в виду, что нужно почистить оружие и тихо вышел из комнаты.

Вернулся не скоро и теперь от него пахло мылом и все же чуточку — машинным маслом.

Старший Лаховский аккуратно присел на краешек спартанской койки сына. Помялся немного, потом спросил осторожно:

— Слушай, пока ты работаешь, можно мне залезть в твою капсулу еще раз?

Ежи глянул чуточку иронично и чуточку — поощряюще.

Отец поторопился объяснить:

— В клятве моей не играть говорилось про карты и кости, тогда с компами еще не было такого. И я же не деньги проигрываю, если со стражником поболтаю! Просто пройдусь там, чтоб не мешать тебе здесь. А потом вместе посмотрим, как видео у тебя получились.

— Да я не против! Давай, залезай!

Мужчина даже с несколько неприличной поспешностью втиснулся в уютное нутро. Улыбнулся, когда сын быстро и умело наладил датчики. Верх капсулы сыто чавкнул, закрывая нового игрока в уютной утробе.

Отец пошел гулять по Друмиру.

А Ежи вернулся к работе. С неудовольствием отметил, что руки трясутся куда сильнее, чем обычно и глаза, зараза, слипаются. А это плохо, нужно внимание, потому как читал — можно прошляпить глупо вроде мелкие, а то и крупные детали — и получится, что на видео с уличный камеры он одет в куртку, а в записи с домашней окажется, образно говоря в шортах и рубашке. Тут хорошо, что в одежде рейнджер был однообразен и за модой не гнался — но опять же и освещение должно соответствовать и прочие пустяки, которые сгоряча не заметишь. И в цыфирьках нельзя напутать — время, дата...

Сосредоточился и когда закончил фальсифицировать записи — услышал, что крышка капсулы открывается. Лицо старшего Лаховского было странным — и злоба и испуг вместе и растерянность, и даже виноватость... Странно — щека левая заметно краснее правой... С чего бы?

— Что случилось, па? — напрягся сын.

— Да я, наверное, напортачил! Попили пива со стражником, поговорили о том о сем, я отошел чуть поодаль — там, где палатки торговцев — и ко мне прицепились несколько не то баб, не то трансов. Один мне сразу закатил пощечину, не говоря дурного слова, я не подумал — влепил ему ответно, так что с ног сшиб, так они за ножи свои схватились — а там ножики как в музее, с руку длиной!

— Ого! А ты что?

— Рванул бегом и сам не пойму куда забежал! Я ж не умею луком орудовать, а кинжал твой совсем невзрачный и коротенький! Зато бежать получилось быстро — смолоду так не носился! Ну а там катапультировался — и сюда! Что это за мужебабы?

— Сухопарые, голенастые и морды как у лошадей длинные?

— Точно! — кивнул отец.

— Сучки из Норвегии. Ладно, на них наплевать пока — я закончил, вот посмотри внимательно файлы, я постарался все сшить гладко, но мало ли что просмотрел...

— Ушел в ботинках, пришел в кроссовках?

— Ну да, сам понимаешь...

Минутку Ежи смотрел, как папа внимательно, то и дело ставя видео на паузу, просматривает переделанные записи. И удивлялся. Привык считать своего родителя немножко тюфяком, немножко лопухом и где-то даже и подкаблучником-неудачником. А последнее время из всей этой рыхлой оболочки внезапно показывался Мужчина — с которым не страшно и в пиковую ситуацию попасть. Это как-то меняло привычное ощущение.

И еще сейчас как-то странно он себя самого ощущал. Как будто в этом Реал-РПГ, которое являлось жизнью, он перешел на другой уровень. Словами не описать, но чувство было именно таким.

Словно где-то в облачных хранилищах информации о Ежи Лаховском сменились циферки и рейтинги, нуб-школота стал продвинутым игроком. Повысились показатели уверенности в себе и устойчивости к стрессу...

Рейнджер не очень мог это объяснить даже самому себе, но победа даже над весьма унылой целью — злобным соседом как-то окрылила. Хотя — пока радоваться рано, только то, что жив остался, да от семьи отвел совсем уж лютую угрозу.

А впрочем — не так и мало, отец чудом жив остался. Второе нападение могло бы быть куда успешнее.

Ладно, время отыгрывать свои роли пришло — и тут, в реале и — в Друмире.

Усталость давила.

Но и желание показать мужебабам крепло. И сейчас уже рейнджер сам хотел встретиться с этой дрянью и задать им трепку. Почему-то странным образом это связывалось с тягостным ожиданием прихода полиции с вопросами. Казалось — что если норвежки получат под зад ногой и по шее рукой — то и полиция уйдет, словно мыла наевшись.

И младший, кивнув старшему решительно влез в капсулу. Минуту полежал, перестраиваясь под другую реальность, мысленно становясь молодцеватым и шустрым лучником — и вот он свежий воздух, голубое небо и все тысячи возможностей!

Совсем неподалеку был шум солидной драки.

Так, где это он находится? Да неподалеку от трактира же! Но не того, на чердаке которого теперь у него будет резиденция — а того в котором веселого рыжего трактирщика сменил грустный брюнет. Медом что ли фемкам тут намазано?

Вынул привычно лук из футеляра, стрелу из колчана и быстрым шагом двинулся на шум потасовки.

Не самым прямым путем, разумеется, а так, чтоб для начала высунуться из-за угла ближней к трактиру хаты, имея путь для поспешного отступления если что пойдет не так.

Выглянул аккуратно.

Ну так и есть — старые знакомые, но тут они еще в придачу с тремя хайлевелами из своих же — и вот эти сучки как раз и устроили тарарам в трактире. О, и чухуаху эта переросток тут же. Вот с его хозяйки и начнем, только сначала поглядеть надо — приятные глазу женские бронелифчики и бронестринги, нелепо смотрящиеся на этих плоскогрудых тварях причудливо и незримо закрывали весь торс и вроде как пускаешь стрелу в живот — совершенно голый, да, но стрела отскакивает, потому как волшебный бронелифчик неведомым образом защищает и пузико.

Но у рейнджера глаз — алмаз.

Только не надо спешить!

ПРОДА

Шум, что донёсся до Ежи из трактира "Залужье", когда он положил стрелу и поднатянул тетиву, был вполне характерный. Не гульба и пьяное веселье, хотя бы и с мордобоем — нет. Это был хруст и треск ломаемой мебели, металлический лязг, злые крики и тот особый, влажный звук, который издает только сталь, рубящая мясо. Звук резни. Чего норвежки так прицепились к этому горемычному заведению? Медом им тут, дурам, намазано?

Не входить! Надо остаться снаружи, в тени или на крыше этого сарая. Вход в трактир — это потеря мобильности и верная гибель. Выглянул аккуратно из-за угла. Так, чухуахуа-переросток у дверей скачет. Охраняет? Внутри что имеем — тут Ежи потратил чуток маны на 'Чутье рейнджера'. Увидел сквозь стенку красные силуэты и синие — мечущиеся по залу и кухне — хозяин и прислуга. Обострившимся слухом разобрал вопли о помощи из корчмы.

Оценил количество врагов у окон, заметил их петов, теперь найти лучшую точку обзора и отступления и использовать свое преимущество. Лучник — это сила дистанции и скрытности. Его арена — не зал корчмы, а весь городок! Скорость бега у баб в доспехе тяжелом явно ниже. Значит — попляшем, девочки!

Тут Ежи смутился, называть безумных фемок ласковым словом — ну просто язык не поворачивался. Прикинул еще раз все трезво и расчетливо. Предстоял серьезный шаг. Дьябель волосатый — почему тут только он, где игроки и неписи другие? Ладно, один в поле — не воин, но нагадить в борщ может, будь чан каким угодно большим — мы справимся... Хотя норвежки небось и не знают, что такое — вкусный борщ, рыбоеды сухопарые... Или рыбоедки?

Лучшая тактика — асимметричная война. Цель — не героический последний бой, а эффективный срыв этой карательной операции, лучник должен действовать как тень, как стихийное бедствие, а не как ещё одна бессильная фигура в очереди на рубку мечами паладинш. Уф, сердце-то как заколотилось! И хоть и игра — а вроде как уши покраснели, дыхание сперло и ручонки начали потряхиваться.

Поспешно применил на себя доступные бафы — 'скорость зайца', 'точность орла', 'ловкость белки' — рейнджерские особенные. Теперь 10 минут он неподражаем!

Странно все — таки очень, должны были бы набежать стражники — такое в городе творится, а их не видать. И жители что-то попрятались. Очень странно.

А, ладно!

Передвинул колчан поудобнее, перебрал на ощупь — какие стрелы в ближнем доступе. Русских — от пани профессорши — оставалось мало, решил их поберечь. Взял простецкие — с ядом. Примерился, оглянулся, намечая куда отходить.

И вскинул лук. Негромкий скрип и хлопок тетивы.

Стрела ушла с тихим свистом и вонзилась в бок твари с глухим, мокрым чавком. Пес подскочил на месте и завопил неожиданно громко, не просто криком. Это был режущий, разрывающий барабанные перепонки визг, длинный, словно у мелкой этой пакости легкие были как у слона, а вместо глотки — пароходный гудок!