Хусария

— Есть, — Наррэ выложила на плоский камень кусок сыра.

— Мало! Дай!

— Не весь это. Сначала разговор!

Крысы замерли. Глаза сверкнули.

— Какой разговор?

— Трактир. За конюшней. Вам нужна еда. Мне — шум и переполох. И в один ход — показать трактирщику — кто здесь власть!

Старая крыса усмехнулась щербатой пастью.

— В тот трактир? Где смерть?

— Я пойду перед вами, все проверю. Ловушки сломаю. Опасности не будет.

— А куда делись наши, кто туда ходил раньше? Не вернулись.

Наррэ помолчала. Потом глянула на тощих грязных крыс и сказала твердо.

— Не знаю. Но я проверю.

Крыса фыркнула.

— Проверишь? А если не вернёшься?

— Тогда сыр останется вам. Весь.

Крысы зашептались, зачирикали, зацвиркали — но так неразборчиво, что и не разберешь. Старая подняла лапу — тишина!

— Что надо делать?

— Прийти по свисту. Напугать людей в зале. Побегать, попищать, залезть на столы. Не кусать людей. Потом — уйти по сигналу. За это — сыр сегодня и сыр завтра. Много. И хлеб. И мясо.

Крыса почесала лапой за ухом.

— А если нас поймают?

— Не поймают. Вы быстрые. И ловушек не будет.

— Сыр дай сейчас.

— Половину. Остальное — после.

— Половину. Остальное — после — нехотя согласилась крыса.

Наррэ кивнула, отрезала половину куска. Крысы не бросились — ждали разрешения вожака. Тот взял кусок, откусил. Только тогда остальные накинулись — молча, жадно, быстро.

— Когда? — спросила старая, вытирая усы.

— Сейчас, в сумерках. Идем вместе. Уберу ловушки. Ждите у чёрного хода. Я свистну.

— Свистни два раза. И пойдут не все. Два десятка . Тебе для переполоха — хватит.

— Договорились. Пошли!

— Нет. Поклянись Каменным небом, что сказала правду. Что наши вернутся.

— Клянусь Каменным небом — сказала Наррэ, поднялась, стряхнула с коленей мусор.

После писка и чириканья стаи у ее ног закишела серая масса. 21 штука. Этих хватит.

В спину летел хриплый писк:

— Два свистка! Не забудь!

Она подняла руку — поняла, мол.

Пустырь остался позади. Впереди была конюшня. И трактир, в которым неизвестность и где ждала Греза.

А та уже и впрямь ждала. И даже притопывала стройной ножкой от нетерпения. Она была и впрямь горда собой в этот момент. Справилась, да еще и такую тайну узнала!

Пока Наррэ отправилась вербовать нищих крыс за помоешный овраг, Греза осталась у трактира. Она прокручивала в голове один и тот же вопрос: как помочь подруге? Наррэ нужны добровольцы, но стая сытых конюшенных крыс отказалась. А вдруг и нищие побоятся? Надо разведать — что там такое!

Ясно, что в подвале остались следы! Вдруг там что-то важное, что поможет понять, куда делись пропавшие и почему крысаки трактира как огня боятся! И это точно не кошки — острое эльфийское чутье говорило это совершенно точно. Кошек тут нет. И котов нет!

Греза не была ни крысоловом, ни бойцом. Но она была третьекровкой — с эльфийской ловкостью, человеческой настойчивостью и гномьим упрямством (в малой доле, куда меньшей, чем у подруги). И ещё она умела шить.

Она посмотрела на себя как бы со стороны: тонкая фигурка, острые уши под платком, длинные пальцы. В богатом трактире её дальше входа не пустят, в два счёта вышвырнут. Значит, надо не входить, а проникать. Но как?

В трактиры нанимают прислугу из небогатых семей. Может и тут нужен поваренок для грязной работы? Или уборщица?

Плюсы: если наврать про рекомендации, её могут взять на побегушки. Внутрь пропустят через чёрный ход. В подвал можно спуститься под видом уборки.

Минусы: нужно уметь мыть посуду. И вряд ли ей позволят беспрепятственно шастать по подвалам, когда работы полно! И если её разоблачат — посадят в тюрьму.

Не очень подходит. Так и прокорячишься весь вечер под пристальным присмотром.

Греза не воровка, этот скилл не прокачен вовсе, но эльфийская кровь даёт редкую способность: она может бесшумно передвигаться и забираться туда, куда человек не полезет. Если пробраться головоломным путем — как подобает рейнджеру?

Она осмотрела трактир снаружи. Водосточная труба с задней стороны выходила на плоскую крышу пристройки. Если взобраться по соседнему забору, перелезть на дерево, а с дерева — на крышу, то можно добраться до слухового окна чердака. С чердака, по внутренней лестнице — в подсобку, а из подсобки в подвал.

Плюсы: Она может пробраться по этому пути. Эльфийская гибкость поможет пролезть в узкие щели.

Минусы: Кому бы она ни попалась на глаза — хоть стражнику с улицы, хоть слугам внутри — примут сразу за воровку. Ничего и слушать не будут! И это страшно. Воров — да еще не из соответствующей Гильдии или даже просто серьезной банды — тут все не любят.

Придется пока оставить на потом. Что есть еще?

Поглядела на дым из труб. Печки, да. Кухонные плиты. Трактир топится дровами и углём. Раз в день приходит зольник, тот кто выгребает золу и чистит поддувало.

Греза могла бы выступить такой Золушкой... Но прикинув по своей привычке плюсы и минусы — пришлось и эту идею отставить в сторону.

Плюсы: никто не разглядит лицо — зольников обходят стороной, если он по причине глупого слуги рассыпет пепел — слуге будет нагоняй, а то и штраф. И примета дурная и убирать хлопотно, да и уголек, закатившийся куда не туда — и готов пожар. А от печей и топок до подвала — шаг ступить.

Минусы: настоящий зольник может заявиться в любое время, и тогда ей не поздоровится. Сажа — въедливая, испортит единственное приличное платье. Ну, не хочется проверять. И самое главное — у нее нет бляхи гильдии трубочистов, а золники к ней относятся.

Тоже не очень идея. Что еще остается?

Можно перехватить мальчишку, из той прислуги, которая носит продукты в трактир от мясника, пекаря, из овощной лавки. Отобрать корзину, нахлобучить картуз пониже, проскользнуть на кухню с поклажей. Греза уже убедилась, что кухня сообщается с подвалом через лифтовый люк и лестницу для спуска и подъема припасов.

Плюсы: быстро, дерзко, не надо ломать двери, устраивать битвы со стражниками и вышибалами и добираться с чердака через весь дом. Кухонные слуги не смотрят в лица

— им важно, что в корзине. Да и поди запомни всю мелкую шантрапу, работающую в лавках за гроши. И сигают эти мальчики от лавочников — один за другим. Вот прямо видно.

Минусы: настоящие посыльные может точно сказать от кого и что принес. И у них на руках именно заказанное. И тут Грезе сложно. Так-то она готова прийти в любую минуту. Но с чем? Девушка не знает ни имён поставщиков, ни что передать повару. Если спросят — провал.

Что выбрать? Какой путь?

Время неумолимо утекало. Внезапный шум привлек тонкий слух девушки. Эльфийское ушко дернулось, поворачиваясь локатором.

Кухонная дверь была приоткрыта, оттуда вылетал ядреный букет разных запахов — от вкусных — жареного мяса и лука — до противных, типа подгоревшего жира. Слышался звон посуды и голоса. Из них один — злой, резкий — особенно выделялся. Вдруг дверь распахнулась наотмашь — оттуда опрокидью вылетел паренек в заляпанном фартуке. А следом — повар. Здоровенный, в белом колпаке, с красной рожей. Как с картинки сошедший!

Он схватил парня за ухо и заорал:

— Ты, баранья голова! Где зелень? Я вчера еще в лавку список — и где все? Из 16 позиций — всего 14 доставлено! Ты должен был принести еще и кинзу, и петрушку! И где это? Что ты мне суешь свои пустые руки?!

Могучая лапа трясла и вертела мигом опухшее ухо.

Парень заверещал, вывернулся и убежал, пятки его сверкали буквально, так ломанулся прочь.

Греза не стала терять ни секунды.

Она нажала иконку аукциона. Перед глазами вспыхнул интерфейс. Пальцы забегали: 'Кинза, петрушка. Срочная доставка. Пять серебряных монет. Перевод средств!' Две минуты.

Система пискнула: 'Заказ принят. Исполняю!'.

Две минуты. Опять тонкий писк — трава в инвентаре!

Ага. Вот он — шанс!

Греза сунула пухлый, вкусно пахнущий свёрток под мышку, поправила платок, что прикрывал ей лицо и бодро шагнула к кухонной двери.

— Ты куда? — спросил оказавшийся тут как тут парень в фартуке

— Пан повар! — позвала она.

— Стой! Чего тебе? — уже злее вопрос.

— Хозяин послал! Увидел, что наш дурак убежал, и велел мне доставить. Вот, свежая зелень, кинза и петрушка! Прямо с грядки! — Греза выпалила это скороговоркой и показала свежайшую с каплями росы зелень.

— А, слышал про то речь. Мне зря показываешь, я кинзу от петрушки не отличу. Иди пану подповару отдай, а то он сильно сокрушался!

— Где он?

— То не мое дело, я вход стерегу! Проходи, давай, не задерживайся! — и парень без всяких преламинарий отодвинул девушку в сторону, мимо три работника кухни с усилием протащили здоровенную свиную тушу, от которой пахнуло холодом — с ледника несли, наверно!

Греза скользнула за ними и тут же подалась в сторону — туда, где открытая дверка показывала ведущую вниз лестницу. Никто этого не заметил.

Кухня гудела, как улей: шипели сковороды, повара носились с ножами и громадными ложками, сновали поварята, таская всякое разное. Все были заняты большой работой! Сегодня Важный прием Важных людей! Недопустимо оплошать!

Девушка пригнулась, скользнула в коридорчик. Налево — кладовая. Направо — лестница вниз, в подвал.

Она пошла направо, стараясь принять максимально деловой вид. Нельзя по-воровски озираться. Надо идти уверенно — тогда не полезут с вопросами. Внизу, в полутьме, угадывались бочки, мешки, стеллажи.

Греза спустилась по широкой каменной лестнице. Ступени были вытерты, но крепкие, без сколов. Перила — дубовые, отполированные до блеска множеством рук. Никакой ржавчины, никакой грязи.

Подвал оказался просторным, со сводчатым потолком. Вдоль стен сплошь дубовые стеллажи. На них: бочонки с вином (клейма известных виноделен), ящики с фруктами, мешки с мукой и крупами, глиняные кувшины с маслом, окорока в соли, связки лука и чеснока и все, что угодно. Чего только нет здесь! В углу — большая кадка с квашеной капустой. Пахло специями, копчёностями и почему-то спиртом.

Чистым, аптечным.

Греза присела за большой бочкой, в которой, судя по надписи, томилось венгерское вино. Бочка была выше её роста — отличное укрытие. Аккуратно прислушалась, выглянула.

Никого.

Только странное тихое шипение.

Она быстро нашла то, зачем пришла. В дальнем, самом тёмном углу, за мешками с мукой, было маленькое окно под самым потолком. Рама — из светлого лакированного дерева, с медными петлями. Никакой ржавчины — только лёгкий налёт времени.

Греза подтащила пустой ящик, влезла на него. Потянула за шпингалеты — два медных стопора. Они поддались легко, без скрипа. Смазаны хорошо. Хозяин явно следил за порядком.

Она приоткрыла створку, заглянула в щель. Переулок был пуст. Теперь окно можно было легко открыть снаружи одним движением.

Греза спрыгнула, отодвинула ящик на место и тут же замерла. Напротив, на низком столике, стоял стррнный предмет. Она никогда не видела подобного раньше. Вообще раньше ни о чем подобном даже не слыхала! Хитроумный механизм, судя по изяществу и красоте, которую имеет каждый технологически грамотный аппарат — гномской работы.

Медные детали, латунные цилиндры, стальные шестеренки и странные жвалы, с хитрой системой шестерёнок и тонких, изящных трубопроводов. Паукообразный, на ходульных суставчатых конечностях, но более вытянутый, чем природные толстопузые пауки. Спереди были острые, словно зубастые челюсти, выше — кинжалоподобные жвалы и маленькие огоньки в брюшке. И эта штуковина издавала тихое шипение, которое как раз и слышала девушка.

Отчего-то накатил страх. Почему-то на этот аппарат было страшно даже смотреть. Пересилила себя, провела тщательный осмотр. Поняла откуда веет жутью — в углублении на спине тускло мерцал странный мутный камень с красноватым отливом. Даже прикасаться к нему не хотелось.

С лестницы послышались шаги. И голоса: уже знакомый стражник перешучивался с кем-то наверху. Греза метнулась за венгерскую бочку, затаилась. Сердце колотилось так, что, казалось, его слышно во всём подвале. Мимо, внимательно поглядывая по сторонам, прошёл тот самый вышибала. Проверил мешки, ковырнул ногтем бочку, подошёл к окнам — проверил, заперто ли.

Греза замерла, вжавшись в тень бочки. Всего окон было пять. Вышибала провериял их одно за другим. Первые пару — тщательно. Следующую пару — даже дёрнул раму за ручки — не поддалась. Последнее с этой стороны осталось. Если дёрнуть сильнее — откроется. Но вышибала не стал дёргать. Опасливо глянул на сверкающий механизм. Покачал головой и пошёл обратно к лестнице.

Греза выдохнула, когда шаги стихли. Она выскользнула из-за бочки, бегом — к лестнице. Очень хотелось дернуть через кухню, не глядя по сторонам. Мимо того самого повара, который ругал кого-то за подгоревший соус.

Нет, так нельзя. Работа должна быть сделана чисто!

— Пан повар!

Краснолицый обернулся, нахмурился.

— Ты ещё кто? Чего тебе?

— Хозяин послал! Увидел, что наш дурак убежал не с полным заказом, и велел мне доставить вслед. Вот, свежая зелень, кинза и петрушка! Прямо с грядки! — Греза опять выпалила это скороговоркой и показала свежайшую с каплями росы зелень.

Повар взял свёрток, развернул, понюхал. Глаза чуть потеплели.

— Ах он старый пройдоха... Ладно, ступай! Заказ исполнен!

— Всё, пан повар, я ушла! — крикнула она уже на бегу. Ноги сами понесли прочь.

И вылетела на улицу.

Только за углом, прислонившись к холодной стене, она позволила себе отдышаться. Греза вытерла пот со лба. Теперь надо быстро нарисовать план кухни, подвала и странного механизма, чтобы подруге было легче выполнить свое более чем странное задание.

Поспела как раз вовремя, когда наконец увидела спешащую подругу с тяжеленной корзиной в руках. Наррэ, не замедляя хода, прошла мимо и шепнула:

— За мной!

Встали в каком-то закутке, где никто их не видел.

— Ну как дела? — спросили обе одновременно и усмехнулись.

— Со мной пошли два десятка крыс — вот тут в корзине сидят, ждут сигнала! Оп, поставлю пока на землю, тяжеловато! А что у тебя?

— Сейчас перекину рисунки! — ответила Греза. И уже когда перебросила плоды своей разведки, подумала, что куда проще сбросить логи — что тут же и сделала, удивляясь тому, что тратила силы на рукописные схемы.

— Отлично! — обрадовалась ее подруга и тут же осеклась.

— Что?

— Ничего не понимаю! Этого быть не может в принципе! — уверенно заявила Наррэ.

— Чего такого ? Это обычный подвал и запоры на окнах вполне знакомы!

— Я про ловушку. Ты поняла, что это такое?

— Механизм. Очевидно — самоходный.

— Так. А на какой энергии он прыгает-бегает?

— Ну, он шипел все время. Наверное, там внутри спиртовка — а он паровой? В подвале спиртом и впрямь пахло! — предположила Греза.

— Это вряд ли — вздохнула подруга.

— Ты сама-то как считаешь?

— А я сама считаю, что это невозможно. Тот камень сверху — это Камень Душ. С такими могут работать только некроманты. Но они не умеют делать такие совершенные механизмы. Тут точно — гномская работа видна. Про гномов-магов не слыхала. И насчет спиртовки и пара — вряд ли. Крыс ловить — тут нужна ловкость и проворность, а ты прикинь — какая ловкость у паровоза? Да и весь подвал был бы в пару — словно б там стоял кипящий чайник. А там — сухо — уверенно сказала Наррэ.