Хусария

Полет тут же потерял стремительность и летучка, завизжав на уровне ультразвука кувыркнулась и врезалась в стену дома, судорожно в последний момент вцепившись когтями в неровности стены.

Механическая кошка упала на четвереньки, как живая тряхнула головой. Ее добыча все же сумела снова взлететь, хотя и потеряла прежнюю скорость и прыть.

Не достать!

Крыса тем временем нашла возможность юркнуть в кирасу и теперь шныряла где-то там, вплотную к телу, отчего паладинша потеряла голову совсем и в панике бросилась бежать прочь, нелепо размахивая руками. Пес кинулся за хозяйкой, а механоид обрадованно и стремительно рванул за ним.

Видно, инстинкт хищника — 'раз убегают, до догоняй' — сработал!

Несколькими стелющимися стремительными прыжками Киса догнала пса и с размаху вцепилась всеми своими стальными остриями в зад! Зверь дико взвыл и выдал высоченную свечку вертикально вверх. Цифры урона и капли крови с клочьями короткой шерсти, которую механизм беспощадно рвал вместе со шкурой полетели вокруг.

Наррэ успела выхватить лук и защелкала тетивой, посылая за стрелой стрелу.

Первые две в летучую тварь атакующую Грезу, потом обернувшись — две в башку пса, попала одной, зато удачно — крит 'Одноглазый!'

Тут кожаные крылья захлопали совсем близко и Наррэ чудом увернулась, спася свое лицо от щелкающих клыков. Летучая мышь оказалась неожиданно сильной и ее удавалось удерживать всего в нескольких сантиметрах от глаз! И не оторвать, и не отбросить злобную гадость!

Зубы клацнули у самого уха. Наррэ дёрнулась, лук выпал из рук. Мышь повисла на рукаве куртки, рвя ткань. Когти царапали медные браслеты — к счастью, кожу не доставали.

— Да отцепись ты, иродова летучка! — заорала Наррэ, колотя её второй рукой. Бесполезно — мышь будто приклеилась. Опять клацнула зубами.

Громкий треск — и тяжесть свалилась. Рядом — забрызганное кровью и свирепо оскаленное лицо Грезы. Что-то она яростно топчет ногами.

Наррэ с трудом перевела дух, быстрым взглядом оценила обстановку — паладинша мечом пытается достать механоида — но пес скачет как полоумный и понять, куда нужно рубануть и ткнуть с следующий моментникак не выходит. Кошка металлическая уже дерет псу морду и у того никак не получается ни сбросить ее, ни укусить.

А под ногами вяло шевелится летучая мышь с переломанными крыльями. Не может в себя придти.

— Отходим! — рявкнула Наррэ.

— Сейчас! — крикнула подруга и кинулась, дуреха, прямо в схватку. Увернулась от сверкнувшего меча, подхватила металлического зверя и отскочила в сторону. Пес, визжа и сверкая цифрами урона от кровопотери кинулся за удравшей хозяйкой. Стальные когти и зубы неведомой ему ранее твари отбили у него охоту драться.

— Ненавижу гетерасток! — рявкнула паладинша.

— Эй, берегись! — завопила Наррэ, увидив что врагиня чуточку нагнулась и делает странные фортели пальцами свободной руки. Подруга поняла, но чуточку не успела — 'рывок Святого Удара' все же зацепил ее и отбросил в сторону. Механоид, кувыркаясь, улетел на крышу, а Грезе с трудом удалось подняться на ноги. Вероятно, тут бы все и кончилось, так как фемка рубанула по ней мечом наотмашь...

Наррэ зажмурилась.

— Хрен тебе по всей твоей харе лошадиной! — задыхающийся голос подруги. И говорит презрительно и спокойно. Даже, пожалуй — издевательски!

Глянула одним глазом. Живехонька стоит! А, ну да... Иммунитет же до 10 уровня — не могут другие бойцы принести вред сами, только науськав петов на нубов малоуровневых. Забыла, да, впопыхах.

Пес удрал с поля боя, а летучая гадость кувыркается по грязной дороге, пытаясь взлететь, но не может — кожистые перепонки ее крыльев порезаны на всю длину.

— Ах вы твари! Вы теперь в КОС листе и вам конец! — в бессильной злобе взвыла паладинша.

— Напугала бабу толстым носом! — ехидно сказала Греза непонятное — и да, фемка как-то и растерялась, явно ломая себе голову над смыслом сказанного. Наррэ тоже удивилась, но виду не подала. Зато ей в голову пришла хорошая идея — и достав тут же из инвентаря пару оставшихся еще сырых яиц она метко швырнула их в морду паладинше, прямо в забрало. Попала, конечно, но не удовлетворившись потоком злой ругани из стального шлема добавила еще, подняв с земли и ком грязи, напрочь залепивший смотровые щели и отверстия.

— Киса! Ко мне! Звонко приказала Греза и механоид чуточку помедлив — мягко спрыгнул ей на руки.

Наррэ жестом показала — отходим! И они бесшумно отступили, пока злобно бранившаяся паладинша пыталась оттереть грязь со шлема. Когда уже можно было ей что-то увидеть — переулок был пуст, а у ног копошилась израненная летучая мышь.

— Уф! Это было круто! — восхищенно сказала Греза, когда обе убедились — оторвались и хвоста за ними нет.

— Очень неразумно! Чудом уцелели — силы были совсем неравны. Могли бесславно сдохнуть и механоида потерять просто так! — рассудительно возразила Наррэ.

— Зато как круто получилось! И поздравь меня — Киса теперь у меня пет! Система оповестила. И да — меня ноги не держат, подкашиваются. Значит и впрямь я ее нарекла! Теперь она — моя! Представляешь!

ПРОДОЛЖЕНИЕ

— Это здорово! Понять бы еще, какой у нее уровень! Судя по тому, как она драла этих мощных уродцев — никак не третий! Ты как? Идти теперь можешь?

Они пробежали два квартала, пока за спиной не стихли крики. Только тогда Наррэ остановилась, прислонилась к стене, отдышалась. Греза держалась за сердце, но сияла счастливой улыбкой.

— Ты кинула крысу в человека — сказала удивленно она.

— А что мне оставалось? — пожала плечами Наррэ.

— И она вцепилась.

— Сама вцепилась. Я просто... направила.

— Именно! Посторонний моб выполнил твой приказ! Совершенно посторонний! По определению он должен был атаковать ближайшую цель — и это либо ты, либо был пес. И тот бы его, крыса наглого, схарчил вмиг — вполне разумно заметила Греза.

— Ты глянь — как там Киса?

Механоид сидела в свертке тихо. Камень души как-то потускнел, Кристалл Силы изменил цвет до тёмно-серого — 'зарядка 3%'. Паршиво!

— Киса, ты как? — спросила Греза.

— Отключаюсь. Спать. Едаааа...

— Я, похоже — тоже...

— Что — тоже? — насторожилась Наррэ.

— Вот-вот отключусь!

— Погоди! Где портальный камешек? А вот он! Давай — вали на чердак, приходите там в себя!

— А ты?

— Я к Ежи! Глянула на миникарту — так он в бою и очень похоже с такими же фемками. Они красным светят — и их петы тоже. Надо ему помочь!

— Давай тогда, действуй, а я и впрямь вырубаюсь...

Портальчик схлопнулся, приняв в себя девушку с механоидом. Теперь уже на чердаке трактира обе... Ну и ладно.

Теперь — помочь любимому! И делать это аккуратно — после стычки она тоже — цель.

Потому — думать, думать и думать! Сердце колотилось как бешеное, голова чуточку кружилась, усталость уже сказывалась...

Но там — Ежи... И его уже берут в кольцо!

Собраться с мыслями — и вперед. Если и не помочь в бою, так хотя бы подсветить врагов! Уж что-что, а практичная Наррэ отлично понимала всю важность разведки! Досадно, что у нее нет пета! Так бы пригодился сейчас помощник!

Глава Битва с Хтонью.

Капитан Ромуальд не успел толком показать крысомордым их место в истории. Публика вокруг словно по сигналу тревоги подхватилась и куда-то понеслась. Первыми как на пожар рванули кланы — которые тут опекали своих новобранцев, потом за ними побежали и одиночки и еще не вступившие в кланы, но собравшиеся в группки нубы. Предместья проклятого города Врогемясто мигом опустели, сколько глаз видел — одни криксы остались считай, потому Янек поморщился — явно что-то пропустил опять! Чертова писанина! Чертова система!

С отвращением вызвал прозрачный интерфейс. Полистал виртуал.

Ну да, вот оно, объявление: 'К оружию! К оружию панове! Город в смертельной опасности — на Варс наступают орды Красной Хтони! Каждый житель города — защити свой дом от хаоситских чудовищ!'

Ну да, явный ивент. Тоскливо оглядел опустевшую местность. Только неподалеку торчит тот нуб, у которого он фраг украл.

Подумал, поприкидывал что делать.

Далось с трудом. Припустил следом за уже убежавшими.

Западные ворота Варса напоминали растревоженный муравейник. Стража, городские лучники, ополченцы из гильдий мясников, колбасников, пекарей, цеха кузнецов, еще какие-то знамена и хоругви со штандартами, толпы игроков всех уровней — от перволевельных нубанов до прожжённых рейдеров — все тут собрались неряшливой толпой, часть публики ломились наружу, строясь перед стенами, туда, где по пожухлому полю широко расползалась серо — алая волна. Капитан Ромуальд подобрался поближе, к отряду лучников из какого-то неизвестного ему клана.

— Красная Хтонь! — выдохнул стояший неподалеку эльф.

— Кто это? — спросил Янек.

— Хаоситские творения! — удивился стрелок, глядя на Капитана Ромуальда с удивлением.

— Порождения Тьмы?

— Гораздо хуже!

Капитан Ромуальд присмотрелся к врагам. Они выглядели почти как люди, но какие-то странные, недоделанные словно, недолепленные. Смятые пропорции — длинные руки, маленькие головы с слишком мощными челюстями. Тела серо-красные, мерзко лоснящиеся, без одежды и без половых признаков. Почему-то всем обликом — вызывающие и отвращение, и желание разглядеть их получше. Глаза — белые, без зрачков. Рты открыты — оттуда сочится дым. На концах пальцев — короткие когти. Другого оружия не видать. Уровни — от 1 до 2, но этого добра набежало тысячи две, не меньше.

— В строй! Не толпиться! — орал капитан латной хоругви, размахивая офицерской золоченой алебардой.

— Ряды не рассыпать! Держи строй! — горланили десятники и командиры отрядов.

Странно — но Ковальский определенно увидел, что городские стражники не пошли дальше ворот, ополчение городское большей частью осталось за стенами, на которые густо высыпали неписи — лучники — и гильдии Охотников и Рейнджеров и прочие неписи, что били далеко, включая и немногочисленную миссию арбалетного искусства.

За ворота в поле вышли немногии гильдии горожан и встали сразу у ворот — а вот перед ними всеми гудела куча игроков. Частью они были организованы и это было видно по стройным рядам под хоругвями, больше — стояли толпой и гомонили, подбадривая себя перед боем.

Лавина Красной Хтони медленно и неуклонно наползала на игроков. Они шли не строем, даже не толпой — они словно текли. Красная Хтонь не бежала и не маршировала. Она перекатывалась по полю, как вязкая жижа, разливаясь во все стороны, заполняя ложбины, обтекая камни и кусты. Горизонт стал алым и серым сколь глаз видел.

С такого расстояния нельзя было разглядеть толком лица, но Янек и без того видел, что у них с лицами что-то не так. И не только с лицами — со всем. Эти твари были только отдаленно похожи на людей. Словно какой-то безумный скульптор вылепил человеческие фигуры, но не успел добавить детали, а потом поспешно оживил их. Наполовину. Словно они родились на свет за секунду до того, как должны были умереть.

Когда первая волна подошла на расстояние стрелы, стало видно: тела серо-красные, лоснящиеся, влажные. Сквозь кожу проступали черные жилы, и они пульсировали — медленно, не в такт шагам. Грудь не поднималась — они не дышали. Или дышали чем-то другим, не воздухом.

И 'лица' — это было самое отвратительное. Пустые глаза, но не чёрные, а белые, без зрачков. Казалось, они смотрят внутрь себя, а не наружу. Рты открыты, но не широко — так, что видно тёмную пустоту. Оттуда сочился тонкий чёрный дым, такой же, как из гнилых болот. Губы не шевелились — они не издавали звуков. Никаких. Тишина была страшнее крика. И влажно поблескивали острые, игольчатые совсем не звериные зубы.

Руки вяло болтались, висели вдоль тел, но кисти не были сжаты в кулаки, из ладоней торчали короткие когти — не как у зверя, скорее как заусенцы на сломанных ногтях. Ноги перебирали часто, мелко, словно они не ступали, а скребли землю, пытаясь ускориться. Но ускориться не могли — их скорость была постоянной, механической.

Когда Янек впервые увидел их вблизи (на расстоянии копья), он почувствовал тошноту. Не от запаха — от ощущения, что эти нелюди смотрят на него пустыми глазами и видят, видят, видят. Что-то в их глазах было: не разум, но внимание. Они знали, что он здесь. Они шли не на стены, не на город — они шли на живых. На тех, у кого есть душа. Потому что у них самих души не было, только пустота.

Запах ударил потом. Смесь горелой плоти, сырой земли и чего-то кислого, как прокисшее молоко или несвежая кровь. Рвотный рефлекс перехватывало горло, но привыкнуть к нему было нельзя. Он лез в ноздри, в рот, в глаза.

И самое странное — они не пахли чем-то инфернальным, не воняли гнильем смерти. В них не было трупного запаха, только этот душный, тошнотворный, но не смертельный. Словно от прокисшей помойной ямы. Как будто они и не были живыми, чтобы умереть. Не живые и не мертвые. Как будто они всегда были такими.

Хтонь не издавала криков, не стонала, не рычала. Но шум был. Тысячи ног шаркали по сухой траве — 'ш-ш-ш-ш', мерно, как дождь. Тысячи ртов выдыхали дым — 'ф-ф-ф-ф', тихо, свистяще. Игроки вокруг орали, звенело оружие, но этот тихий шёпот тысяч глоток всё равно слышался, залезал в голову, вызывал отупение, странную сонливость.

Орда давила пока еще не физически, а психологически. Их было так много, что поле за воротами казалось ало-серым ковром, который ткётся из живых нитей. Они шли и шли, и казалось, что им нет конца. Серая равнина превратилась в красную, потом в чёрную — от дыма и выгоревшей земли. Столкнулись с передовыми, самими нахрапистыми игроками, залязгало боевое железо. Когда первая волна тварей подошла на дистанцию удара, поле превратилось в ад. Хтонь накатила, когда солнце уже садилось за горизонт. Они не бежали, не нападали в лоб — просто шли, покачиваясь, как водоросли в мутной воде. Издалека казалось — красноватый туман стелется по земле.

— Плюются они или просто открытые рты? — громко спросил кто-то из игроков.

— Плюются, — ответил маг в потрёпанной мантии.

— Чем?

— Слизью. Тошнотворной. Урон небольшой, но дебафф 'Ступор' противный.

— А урон?

— Пустяковый. Огнём бей! Они огня боятся!

Лучники дали первый залп. Стрелы вошли в тела Хтони без сопротивления — твари даже не пошатнулись. Но заметили угрозу. Ускорились. Рты раскрылись шире, из глоток вырвался тонкий визг — не громкий, но резкий, закладывающий уши.

— Уши заткните! — заорал маг, затыкая уши то ли паклей то ли ватой.

Игроки, у кого были глухие шлемы, опустили забрала. У кого не было — зажмурились. Ушам было больно!

Кто-то вытащил свитки 'Немая сфера', но было поздно — первые ряды уже схватились с тварями.

Не строй, не дисциплина у войска под стенами — только одиночки, кучки, группы по инерции, хаос. Кланы держались лучше — у них была слышна команда, видна структура. Но остальные... остальные просто рубились и выживали.

Орда навалилась всей массой и щла словно волна цунами просто тупо давя противостоящих. Ало-серые шли и шли, не останавливаясь и нконец дотянулись зубами и когтями до игроков. Те приняли их на копья и мечи, валя хаоситов одного за другим. Но орда словно и не заметила такого сопротивления.